Киностудия сериал (2025)

Брайан Крэнстон исполнил роль Гриффина Милла. Это имя носил герой Тима Роббинса в триллере Роберта Олтмена «Игрок» (1992), где он руководил киностудией. В образе Милла Крэнстон ориентировался на продюсера Роберта Эванса (1930-2019). Крэнстон утверждал, что реальный прототип его персонажа показался ему занудой, и актёр предпочёл подражать Эвансу.
------
Сцена, которой открывался «Игрок» Роберта Олтмена, шла почти 8 минут. Длительность сцены, открывающей «Киностудию», приближается в 7 минутам.

Валентинки
------
Прочитав критику от критика Кинопоиска Станислава Зельвенского на сериал «Киностудия», я ожидала увидеть что-то язвительное и конфликтное, но в действительности все оказалось намного милее и дружелюбнее, чем мне рисовалось. На данный момент вышло пять серий и самой драматичной по части столкновения интересов можно считать самую первую – ту, в которой Мартина Скорсезе доводят до слез. Не буду раскрывать всех деталей сюжета, но найти утешение в объятиях Шарлиз Терон сродни хэппи-энду, поэтому так тщательно выстраиваемая линия конфликта «продюсер-режиссер» нивелируется статусным положением проигравшего и пресмыкающимся – новоиспеченного лидера. Герой Сета Рогена не тянет на злодея, пока что – половина сериала осталась за спиной, а Мэтта Ремика, так зовут главу кинокомпании Continental Studios, не поставишь в один ряд с героями Кирка Дугласа («Злые и красивые») и Тима Роббинса («Игрок»). Пытаясь повлиять на процесс создания фильма, он неизменно ловит все рикошеты – скорее мальчик для битья, чем прожженный воротила. И Сет Роген очень органично смотрится в этом амплуа.И раз я заговорила об амплуа, стоит упомянуть, что «Киностудия» богата на камео. Эта отличительная черта сериала наполняет процесс просмотра интригой – нас будто бы приглашают в закулисье, но понятное дело, что все это закулисье – тщательная постановка. Никто не снимет масок, а если и приоткроет, то за масками окажутся еще одни маски, на которых проступают черты уж слишком мелких грешков – тщеславие и корысть звезд и творцов, а следовательно и подхалимство, выставлены скорее в свете детских шалостей, которые подчеркивают очевидное – искусство и деньги идут рука об руку.Но помимо сатиры, в «Киностудии» есть очарование, способное подкупить любого киномана – я говорю о тех моментах, когда кинематограф проникает в реальную жизнь. Дело в том, что каждый эпизод сериала автономен, но сняты они в одной стилистике – какой бы этап создания фильма не исследовали Сет Роген и Эван Голдберг, в нем всегда будет присутствовать элемент рифмы или переклички. Начиная с просмотра «Славных парней» в финале первого эпизода, съемкой одним кадром в следующем, в третьем эпизоде Мэтт Ремик косплеит лирический финал Рона Ховарда, а в четвертом примеряет на себя плащ и шляпу Хамфри Богарта, все потому, что Оливии Уайлд вздумалось снять пародию на «Китайский квартал». Пятый эпизод на данный момент имеет самый низкий рейтинг, оно и понятно, ведь в нем выясняют отношения второстепенные персонажи (Айк Баринхолц и Чейз Суи Уондерс), чья конфронтация приведет к буквальному разрушению (шикарный эффект домино, который заставляет прочувствовать насколько бутафорским все является в кино; думаю авторы этого эпизода вдохновлялись «Днем Саранчи» Шлезингера). Короче, при всей сатиричности «Киностудии», в нем есть магия, способная увлечь. И так хотелось бы, чтобы она не исчезала. Поэтому я, не самая ярая поклонница сериалов, буду досматривать его до конца, и не ради галочки, а из-за интереса. Потому что стало любопытно, вернутся ли создатели «Киностудии» к теме злодея в современной киноиндустрии, о котором они лишь вскользь упомянули в первом эпизоде. И если не все догадались, то этими злодеями являемся мы, сидящие по ту сторону экрана, и решающие своими кровно заработанными деньгами, какой фильм соберет миллиард в очередной жаркий сезон. Как говорится, есть спрос – будут и предложения, а учитывая тенденции современных кассовых хитов, запроса на умное оригинальное кино от широких масс пока не поступало.